Johny&Mary
human impersonator
В сюжетной линии Мойста фон Липвига много написано о големах. Это оживленные магией механизмы, чьи функции определены содержанием свитков, запертых в их головах. У големов нет пола — он им не нужен, они рукотворные — и гендерной идентичности тоже нет — она им тоже не нужна.
Однако в "Делай деньги" один из големов оказывается перед чуждой ему проблемой. Работница почты, пожилая дама с консервативными взглядами, требует, чтобы голем, который прибирает в женской уборной, определился, грубо говоря, "мальчик он или девочка". И если он "мальчик" — то ему нельзя заходить в женскую уборную, ибо приличия. А если "девочка" — пусть сделает так, чтобы это было понятно. Так как голему безразличны такие навороченные человеческие проблемы, он, не долго думая, соглашается "быть девочкой" — чтобы ничего не мешало работать — и получает имя Глэдис.
И вот тут начинаются танцы с бубном. Так как в свитке голема ничего не сказано про то, как это — осознавать себя женщиной (как и мужчиной), а биология его не касается, перед Глэдис стоит непростая задача: привести свое поведение и внешность в соответствии с ожиданиями окружающих. И здесь ей не остается ничего иного, кроме как прибегнуть к тем самым гендерным стереотипам. Ее наряжают в грубое подобие платья и дают к прочтению книгу для "благородных девиц". В соответствии с указаниями из книги и под руководством той самой консервативной дамы, Глэдис узнает, что "быть женщиной" — это быть скромной, услужливой, романтичной и носить платьюшки. И Глэдис, будучи правильным големом, который всегда следует инструкциям, усердно отыгрывает: надевает чепчик горничной, заваривает фон Липвигу чай, старается во всем ему угодить, неуклюже жеманничает и заставляет себя думать, что она влюблена. Она так сильно старается, что это едва не приводит ее к нападению на мисс Добросерд, якобы из-за ревности. В отличие от консервативной дамы, мисс Добросерд знает о големах почти все и решает проблему: выдает Глэдис другую книгу для женщин, написанную современной эмансипированной авторкой. Получив новые инструкции, Глэдис с тем же усердием приступает к отыгрыванию новой роли: теперь она "независимая женщина" и заботиться о фон Липвиге "длясибя", когда сама пожелает.
Так о чем я вообще? Все это пиздопестрие "гендерных идентичностей" вне связи с биологическим полом, которое якобы круто решает проблему дискриминации, по мне — хуета на постном масле. Ну-ка, расскажите мне, что такое "быть женщиной" — отдельно от биологии — без использования тех самых гендерных стереотипов, которые дискриминация и зло. Что, женщина — это платьюшки, макияжик, длинные волосы, идеальные сиськи и вагина как на порно-картинках? Кокетство, "поддержание домашнего очага", эмоциональное обслуживание всех нуждающихся, безотказность в сексе, умение быть "за мужем"? Так что, достаточно выполнить хотя бы половину этих условий, и даже самый брутальный самец человека "станет женщиной"? Вот так просто?
Я тут узнала удивительное: оказывается, в этих их заграницах уже есть прецеденты, когда маленьких девочек, предпочитающих конструкторы, активные игры и точные науки играм в "дочки-матери" и "Барби рожает двойню", записывают в "трансгендерные мальчики" и даже начинают медикаментозную коррекцию, не дожидаясь полового созревания. Дык чо, теперь нельзя играть в "мужские" игры и носить штаны вместо платья, оставаясь девочкой? Я согласна считаться бешеной радфемкой, но мне хотелось бы жить в мире, где можно быть сколько угодно "гендерно неконформной", имея женский пол, и не быть обвешанной ярлыками вроде "цис-", "би-", "а-" и прочий "-гендер". И где ради полноправия и безопасности нужно говорить о себе в мужском роде и ложиться под нож. Эта хуйня не решает проблему дискриминации, хоть по уши обвешайтесь и перекроите себя, девчули. Унижать и ограничивать в правах вас все равно будут по половому признаку, а урожденные XY вас в свои ряды никогда не примут.

@темы: psycho, soma, борис игнатович душ, девочка со спичками, желчь